Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
14:27 

04.01.2012 в 21:09
Пишет [LaNa]:

Название: Женщина
Фандом: Sherlock BBC
Автор: Lana
Персонажи: Ирэн Адлер
Рейтинг: G
Размер: драббл это почти однострочник *фэйспалм*
Саммари: I am SHERlocked



Женщина.

URL записи

16:33 

20.12.2011 в 15:18
Пишет Elruu:

По-моему, весёлые авторы забыли намочить Шерлоку волосы. Или это он так болеет в домашних условиях?
Хорошо иметь Майкрофта в родственниках, интернет даже в болотах доступен.

20.12.2011 в 14:44
Пишет Benedict in love:

Моя любимая кнопочка.


тут
Джон постиг дзен покерфэйса. А как Шерлок наклоняется в экран!

URL записи

URL записи

@темы: Шерлок bbc

08:56 

Воспоминания о былой любви

Майкрофт


В детстве Майкрофт очень любил смотреть на дождь. Серый пейзаж за окном, пасмурное небо и настроение, унылые косые линии, расчерчивающие окно, как по линейке. Они жили за городом, в небольшом старом, но ухоженном доме, огороженном начинающими ржаветь от частых дождей воротами. Железные прутья были покрыты черной краской, и когда капли дождя медленно стекали по перекладинам, казалось, будто ровные линии смазываются, растекаются вместе с каплями, так что ворота, и без того мрачные, приобретают какой-то особенный, готический вид.

Шерлок тоже любил смотреть на дождь и часто приходил в комнату к старшему брату, когда тот, расположившись с домашними заданиями за письменным столом у большого окна, забыв про учебники и тетрадки, завороженно смотрел на сползающие по стеклу капли. Тихонько прикрывая за собой дверь, он бежал к Майкрофту и забирался к нему на колени.

— Ты замерз! Руки ледяные, — говорил Майкрофт, стягивал с себя кофту и укутывал в нее четырехлетнего Шерлока. — Почему босиком?

Шерлок молчал и сжимался в клубочек, как котенок, чувствующий приближение суровых морозов. Майкрофт задумчиво разглядывал мокрые листья деревьев за окном и слушал раскаты грома. Шерлок, согреваясь, начинал засыпать и в полусне водил холодными пальчиками по ладони брата.

Майкрофт и сейчас, спустя почти двадцать пять лет, помнит, как брат вздрагивал от ударов грома и плотнее прижимался к нему. Тогда они оба были еще детьми: четырехлетний Шерлок не выговаривал букву «р», разбрасывал по дому игрушки и разрисовывал Майкрофту тетрадки; двенадцатилетний Майкрофт любил читать книжки, помогать отцу подбирать галстуки к его многочисленным пиджакам и повязывать Шерлоку шарф, когда они всей семьей ездили осенью в Лондон на день рождения тетушки Маргарет.

— Я хочу синий шарф, — говорил Шерлок, капризно надувая губы и срывая с себя серый, подаренный мамой на прошлое Рождество пушистый шарфик. — Этот девчачий.

— Неправда, он не девчачий, — отвечал Майкрофт, отчаянно пытаясь поймать брата в холле и повязать ему на шею шарф. — Этот подходит по цвету к твоей куртке.

— А я хочу синий!

— У тебя нет синего шарфа, Шерлок. Есть серый и его нужно надеть сейчас же!

Шерлок убегал, отец повышал голос, мать умоляла его не кричать на ребенка. И пока они выясняли, как правильно воспитывать детей, Майкрофт поднимался по лестнице на второй этаж, где располагалась комната Шерлока. Там всегда было тепло, намного теплее, чем в других комнатах, и стоял хвойный аромат, потому что с этой стороны дома росла огромная ель.

Младший брат всегда сидел на подоконнике и водил пальцем по стеклу, следя, как холодные капли лениво стекают вниз.

— Я куплю тебе синий шарф, если хочешь, — обещал ему Майкрофт и по тому, как замедлялись движения Шерлока, понимал, что брат слушает его очень внимательно.

Потом Шерлок все-таки соглашался надеть пушистый серый шарф, хмуря брови, залезал в отцовскую машину и угрюмо молчал всю дорогу до Лондона, игнорируя заботливые вопросы матери и раздраженные замечания отца. Субботу они проводили с натянутыми улыбками на лицах, не очень искренне хвалили законченные картины тетушки Маргарет, а в воскресенье Майкрофт, позаимствовав у отца зонт, по глубоким ледяным лужам шел в магазин искать синий шарф, о котором непонятно почему так мечтал его брат.

Почти двадцать пять лет спустя Майкрофт вспоминает эти ежемесячные поездки в Лондон к экстравагантной родственнице. В доме у нее всегда пахло красками и засохшими кисточками, некачественными сигаретами и дешевыми журналами об искусстве. Воскресенья, занятые поисками шарфа, были спасением для него. Может, именно поэтому он так и не купил тогда Шерлоку шарф? Не потому, что не было особенного, который подошел бы брату лучше всех остальных, а просто потому, что это был повод убежать из неприятного дома...

Почти двадцать пять лет спустя Майкрофт стоит у входа в фирменный магазин Armani, в витрине которого застыл бледный манекен, аккуратно закутанный в особенный синий шарф. У него за спиной переступает с ноги на ногу замерзшая и промокшая Антея, держащая в оледеневших ладонях черный зонт. Ей нет дела до синего шарфа и до детских капризов Шерлока, но попросить босса поторопиться она не решается.

Майкрофт о чем-то думает, в стеклах витрин отражается его лицо с застывшим на нем непонятным выражением — выражением счастья и одновременно — досады. Нерешительно толкнув дверь, он входит в магазин и слышит стук каблуков у себя за спиной — верная Антея сторожит босса. Улыбчивые консультанты снуют между рядами, все вместе выбегают навстречу посетителю, предлагают что-то и о чем-то спрашивают. Майкрофт улавливает, как Антея вежливо и очень твердо просит оставить их вдвоем.

Он находит нужный кусочек ткани в самом дальнем углу бутика. Разглаживая на ладони кисточки, Майкрофт вспоминает веселое летнее небо цвета теплой ночи и восторженные глаза младшего брата, когда Майкрофт решил рассказать ему о созвездиях. Да, этот точно подойдет. Мягкий и в то же время немного колючий — совсем как сам Шерлок, теплый, как его ладошки. И сейчас, конечно, совсем не важно, что Шерлоку уже давно не четыре года, а двадцать девять, и он, возможно, давно забыл про свой детский каприз или купил себе синий шарф; он больше уже не смотрит на старшего брата с восторгом, не забирается к нему на колени во время грозы — у него теперь другой друг – скрипка — и Шерлок не любит дождь, а изучает его химический состав.

Может, так и должно быть: всякая любовь со временем трансформируется, теряет полезные свойства, становится привычной. Разве люди смотрят каждый день на небо как в первый раз? Разве люди знают все созвездия? Разве они помнят, каких актеров любили в детстве?

Сам Майкрофт держится за обрывки воспоминаний только ради того, чтобы не потерять себя. А сейчас он держит в руках давно обещанный Шерлоку подарок и уже пять минут не обращает внимания на Антею, которая твердит, что они опаздывают на важное совещание.


Шерлок


Шерлок бежит по длинному коридору, спускается по лестнице и чуть не падает, спотыкаясь о противно мурчащую трехцветную кошку, разлегшуюся в гостиной, задевает и в последний момент успевает поймать уродливую фарфоровую вазу, случайно смахивает с подлокотника кресла газету. Он бежит в холл, где Майкрофт торопливо натягивает куртку, собираясь побыстрее сбежать.

— Эй, подожди! Ты куда? — кричит Шерлок и замечает, как брат на мгновенье застывает от неожиданности. — Я с тобой!

— Нет, — решительно отвечает он. — На улице дождь, ты промокнешь и заболеешь. Ма-а-ам!

— Не зови ее, — просит Шерлок и пытается дотянуться до своей куртки, которую будто нарочно повесили на крючок так высоко, что ему ни за что до нее не дотянуться. Майкрофт не хочет ему помогать и снова зовет маму. — Майк, ну не зови, пожалуйста. Я пойду с тобой.

— Я сказал, ты остаешься! — внезапно Майкрофт выходит из себя, и Шерлок испуганно отшатывается от него, пораженный неожиданно агрессивной реакцией. В глазах начинает неприятно щипать, и Шерлок смотрит на лампу, чтобы сдержать слезы. Он уже большой и не должен плакать. Майкрофт никогда не плачет, и Шерлок должен брать с него пример.

Из гостиной появляется мама, Майкрофт о чем-то просит ее, и она лезет в сумочку за кошельком. Шерлок с обидой и злостью смотрит на то, как они оба игнорируют его, и клянется самому себе, что больше никогда не будет дружить с Майкрофтом. Он теперь не Майк, а Майкрофт — он ведь уже взрослый и имя у него пускай будет взрослое.

Майкрофт поднимает воротник и плотнее закутывается в шарф. Мать дает ему папин черный зонт, который он, совсем как настоящий взрослый, по-деловому вешает на руку. Открывает дверь и выходит на улицу, что-то сказав матери и абсолютно оставив без внимания младшего брата.

Когда он уходит, мама берет Шерлока за руку и ведет назад, в душную, неприятную комнату, где стены все увешаны пестрыми картинами так, что не разобрать, какого цвета обои и есть ли они там вообще. Шерлок ладошкой стирает слезы, стараясь, чтобы мама не заметила этого движения, но она, конечно же, замечает и просит не злиться на Майкрофта. Она говорит, что он пошел в магазин, потому что ему нужно купить важный подарок, но Шерлок ей не верит. Ему очень хочется, чтобы Майкрофт посильнее намок под дождем и не нашел нужного подарка.

Брат возвращается через несколько часов, вид у него усталый и разочарованный. Он сидит в зале вместе со всеми, пьет чай и совершенно не ест печенье. Шерлок смотрит на него исподлобья и очень радуется его неудаче.

Почти двадцать пять лет спустя Шерлок подальше убирает фотоальбом с пожелтевшими детскими снимками, который мама зачем-то положила ему в сумку, когда он собирал вещи для переезда в Лондон. Он ни разу не открыл его с тех пор, потому что всегда и так знал, какие моменты их жизни запечатлены на этих снимках.

На первой странице, конечно же, Майкрофт, как гордость семьи, как то самое будущее, на которое все возлагают большие надежды. На пятой странице дурацкий снимок его, Шерлока, на велосипеде, который был явно маловат для него и неудобен. На девятую страницу еще давно, очень давно отец вставил фотографию, где они вместе с Майкрофтом стоят под пушистой елью возле их старого дома. На шее у Шерлока такой же пушистый, как еловые ветки, серый шарф. Он ненавидел его и в конце концов разодрал найденным в кладовке гвоздем и повязал на самую верхушку дерева в рощице за несколько миль от дома. Он тогда свалился с этого дерева, как мешок с тряпьем, разодрал локти и заработал пару синяков на боку. Мама очень расстроилась, когда узнала, что Шерлок подрался в школе с ребятами, которые отобрали у него шарфик и спрятали куда-то, а он так и не смог его найти.

Сейчас ему было двадцать девять лет, он давно залечил все раны (избавился от улик), перебрался в Лондон (замел следы) и попытался начать жизнь снова (занялся новым расследованием). Фотоальбом, который он поставил во второй ряд в книжный шкаф, запрятав его за словарями, учебниками по криминалистике и химии, не должен был мешать ему и напоминать о прошлом.

Бейкер-стрит, 221-Б, и все с чистого листа.

— Это твоя семья? — спросил инспектор Лестрейд, доставая альбом и раскрывая его. Шерлок проследил за его действиями и не ответил. Попытался сосредоточиться на деле, которое они расследовали.

Лестрейд, с которым они познакомились почти пять лет назад, часто приходил к нему и занимался какими-нибудь бесполезными делами: листал книжки, притворяясь, будто ищет там какую-то значимую информацию, поправлял плакаты на стенах и пару раз даже сбегал в супермаркет за кофе. Шерлок почти всегда молчал в ответ на вопросы Лестрейда и терпеливо ждал, пока инспектор уйдет. В принципе, Шерлоку было без разницы.

— Это твой брат? — спросил Лестрейд таким веселым, светским тоном, что Шерлок разозлился. — Как его зовут?

— Майкрофт, его зовут Майкрофт.

— Здорово, что у тебя есть брат. Он тоже в Лондоне живет? Вы общаетесь?

— Нет.

— Почему?

Шерлок хотел попросить инспектора не задавать слишком много вопросов, но почему-то не стал этого делать. Он выключил свет в комнате, оставив включенной только лампу на письменном столе, раздвинул шторы — за окном начинался дождь, ветви деревьев сгибались от сильного ветра и где-то вдали гремел гром и мерцали быстрые молнии. Шерлок подошел к Лестрейду, сидевшему на диване, и опустился на пол у его ног. Инспектор удивленно замер и немного напрягся, когда Шерлок зачем-то осторожно, будто боясь причинить боль, провел пальцами по его ладони.

— Он очень любил смотреть на дождь, — сказал Шерлок почти шепотом, так что инспектор, казалось, даже перестал дышать, чтобы расслышать его слова. — И разрешал мне побыть с ним в такие вечера. Обычно Майк делал уроки, гасил весь свет на этаже, будто он ему мешал, оставлял только настольную лампу. А потом, когда начиналась гроза, забывал и о лампе, и об уроках, мог часами смотреть в окно.

— Большая у вас разница в возрасте? — осторожно спросил инспектор, тоже шепотом, чтобы не спугнуть такое непривычное, необычное ностальгическое настроение детектива. — Где Майк сейчас?

Шерлок отпустил ладонь Лестрейда и полистал фотоальбом. Показал ему снимок, на котором два мальчика стояли под большой елью. Старший приобнимал младшего за плечи и искренне улыбался в камеру; младший выглядел немного раздраженным, в руках он держал большую шишку. Лестрейд усмехнулся, представив себе, как мама Шерлока — наверняка она очень красивая, интеллигентная женщина с ухоженными каштановыми волосами и пронзительно голубыми глазами — уговаривает маленького ребенка улыбнуться в объектив камеры.

— В правительстве, — в голосе Шерлока промелькнули непонятные интонации. Не то раздражение, не то обида, не то разочарование. — На него работает половина Лондона, он ездит на машине с правительственными номерами, везде таскает за собой секретаршу и соблюдает диету.

Шерлок замолчал и, закрыв глаза, положил голову Лестрейду на колени. Конечно, у инспектора еще много вопросов, ответы на которые ему знать вовсе не обязательно. И вообще, ему, разумеется, уже давно пора идти домой. Но на улице дождь жестоко бьет бегущие зонтики, догоняет стекла машин и ревом ветра заглушает боль.

Шерлоку больно. Вся эта атмосфера, притушенный свет, гроза, фотоальбом и теплые руки Лестрейда напоминают ему о детстве. О том самом детстве, которое он все эти годы так отчаянно пытался забыть и никогда больше не вспоминать. Майкрофт ведь не помнит ни о чем, а он старший, младший всегда должен следовать его примеру. Шерлок не хочет выглядеть слабым. И впервые в жизни не хочет прогонять инспектора и оставаться один на один со своими болезненными воспоминаниями.

Хрупкий мир равновесия еще не нарушен, и Шерлок, напряженно улыбаясь, смотрит на Лестрейда:

— У меня есть бутылочка отличного вина. Откроем? Я расскажу тебе про мою семью.


Лестрейд


Инспектору Грегори Лестрейду по ночам снятся белые шелковые ленты, цветы с резким запахом, колокольный звон и черные вороны.

Июль в тот год выдался на редкость холодным, дождливым и каким-то потусторонним. Как будто все это было всего лишь плодом воображения и не имело ничего общего с действительностью.

Откуда взялись белые ленты, Лестрейд уже не помнил. Где-то в голове, на задворках сознания, как мыши, копошились воспоминания, хотя по профессиональной привычке он привык называть их подозрениями. Копошились и шуршали, назойливо и тихо, словно знали, что осторожность в деле — превыше всего. Он забывал дни недели, забывал имена коллег и пару раз пропускал совещания в Скотланд-Ярде, а про мышей забыть не мог.

После развода Лестрейд сделал в квартире ремонт и переставил мебель, чтобы ничто не напоминало ему о жене. Убрал подальше фотографии, отдал в библиотеку любовные романы, которые жена не забрала с собой, когда переезжала к новому возлюбленному; он даже чашку, из которой она чай пила, запрятал поглубже в шкаф в кладовке. Квартира снова приняла свой привычный вид холостяцкой берлоги.

Глупо было думать, что с ним хоть кто-то уживется. Дженнифер была первой и единственной женщиной, которая решилась попробовать. Она продержалась ровно три года, а потом нашла вариант получше.

«Вариант получше» чаще бывал дома, никогда не возвращался с работы посреди ночи в окровавленной рубашке и в вымазанном в грязи пальто с порванными рукавами. Он не устанавливал по всей квартире скрытые камеры и не прятал в выдвижном ящике прикроватной тумбочки блестящий черный револьвер. Читал детективы и глянцевые мужские журналы, а не сводку криминальных событий за неделю, выписывал чеки на круглые суммы, а не отчеты о раскрытых делах.

Впрочем, холостяцкий образ жизни вернулся не один, а со своим закадычным другом — одиночеством. Приходить после работы в пустую, холодную, серую и безрадостную квартиру не хотелось, жить, впрочем, тоже не очень. Белые ленты скользили из сна в сон, и Лестрейд, каждое утро отправляясь на работу на своей черной старенькой «ауди», старался не смотреть на мелькающие за окном церкви.

А потом появился Шерлок. Порывистый, активный, заносчивый и высокомерный, он производил впечатление человека беспечного и не заинтересованного в жизни. Лестрейд радовался, что нашел себе хоть какое-то занятие: наблюдать за самоназванным детективом было любопытно, гадать о том, кто он, откуда взялся, была ли у него семья, старшие братья или сестры, а может, и то и другое одновременно.
По крайней мере, ему больше не было скучно.

Правда, Шерлок не любил, когда о нем наводят справки, поэтому сам их предоставил в обычной своей недоброй манере. За пять лет их знакомства Лестрейд привык воспринимать Шерлока исключительно как коллегу по работе и не претендовать на статус друга. У них было слишком мало общего, слишком большая разница в возрасте и, по мнению самого Шерлока, в показателях IQ.

Инспектор долго не мог разобраться в нем. С Шерлока было почти невозможно снять маску равнодушия, чтобы увидеть, какие чувства на самом деле скрываются под ней. В том, что они у детектива есть, Лестрейд, в отличие от всей его команды, был абсолютно уверен. Белые ленты начали меркнуть и забываться, звон колоколов на соседней от его дома улице уже не вызывал желания достать из того самого ящика тот самый черный револьвер и пустить себе пулю в лоб.

— Мистер Холмс, у вас есть друзья, знакомые по школе или колледжу? Коллеги по работе? У тебя есть работа, Шерлок?

Шерлок в ответ хмурил брови и совершенно по-детски отворачивался. Почему это было по-детски, сам инспектор толком не знал, но ему почему-то казалось, что в детстве, очень давно, когда у него еще не было Дженнифер, черного револьвера и удостоверения инспектора, его десятилетний друг тоже делал так в минуты сильных душевных переживаний.

Шерлок резко перестал быть загадкой.

Эта загадка была так же одинока, как и сам Лестрейд.

Он уже не бесился, когда получал сообщения с приказом привезти на Бейкер-стрит материалы дела. Лестрейд брал папку и выводил машину на широкую улицу. Потом он стал привозить Шерлоку первую попавшуюся папку, потому что детектив на самом деле почти никогда даже не заглядывал в листы. Одиночество часто толкает людей на очень странные поступки.

Мыши перестали копошиться и шуршать, выцарапывая коготками воспоминания. Церкви перестали мучить инспектора своим жестоким колокольным перезвоном. И однажды днем, проезжая мимо собора, где проходила пышная свадьба, он без эмоций констатировал, что у Дженнифер платье было намного красивее. И волосы с вплетенными в них белыми лентами золотисто переливались на июльском солнце.


Майкрофт


Сжимая в руке синий шарф, Майкрофт пустым взглядом смотрит в окно. Машина проносится по мокрому проспекту куда-то в сторону центра, и в витринах магазинов отражается ее черный силуэт. Антея быстро пишет что-то в телефоне, изредка бросая любопытные взгляды на синий шарф, возле которого босс простоял в бутике без малого полчаса, из-за чего они теперь сильно опаздывают на совещание в правительстве.

Десять лет назад Майкрофт окончательно понял, что от прежнего Шерлока, четырехлетнего ребенка с цветными карандашами в руках и голубыми глазами, ничего не осталось. Глаза у него теперь были холодные, серые, как пепел сигарет, которые он выкуривал одну за одной. И он, конечно, уже не играл в игрушки, не слушал классическую музыку, предпочитая им агрессивный рок и газетные статьи о жестоких убийствах.

Майкрофт приехал к Шерлоку за неделю до его дня рождения, надеясь, что за те несколько лет, что они практически не виделись и не общались, все детские обиды забылись. Как же он тогда ошибся! Шерлоку было плевать и на подарок, и на письмо матери, которое она сочиняла несколько дней подряд, и даже на заботливое предложение Майкрофта помочь ему с платой за аренду квартиры.

Он просил брата успокоиться, не злиться на то, что приехал без звонка, не выгонять на улицу в такой ливень. Стоял октябрь, вечера были туманно-морозные и дожди при этом лили так часто и сильно, что Майкрофт подозревал, будто вся его жизнь состоит из одних только этих дождей.

Шерлок не успокаивался, не становился снова четырехлетним малышом, с которым можно договориться, пообещав купить новый альбом для рисования. И Майкрофт потерял контроль над собой, сорвался, обвинил Шерлока в эгоизме и еще много в чем, заранее зная, что потом всю жизнь будет жалеть об этих словах. А потом бежал под дождем к метро, за ним гнались молнии и порывистый ветер; холодные капли противно сползали за ворот рубашки, стекали с челки.

Через неделю он с трудом прогонял воздух через легкие, вдыхал успокаивающий запах лекарств и кварца. Отец стоял у окна и держал перед глазами рентгеновский снимок.

— Воспаление легких, — проговорил он, и стоящая рядом с ним медсестра грустно кивнула.

— Мам, это моя вина, Шерлок тут вовсе не причем, — хриплым голосом сказал Майкрофт, преодолевая жуткую боль где-то в груди, и вдруг с ужасом заметил, как в небесно-голубых глазах матери вспыхнула жгучая ненависть.

Он ждал, что Шерлок придет к нему, скажет что-нибудь вроде банального «прости» и перестанет наконец вести себя как псих. Но ничего не менялось, и только через три недели, когда Майкрофта выписали из больницы, он понял, что героев не бывает, а будь они — Шерлок не из их числа.

Майкрофт больше не ждет чуда от судьбы, в отношениях с младшим братом держит дистанцию и звонит только поздравить с каким-нибудь праздником. Ему до безумия жаль, что у Шерлока новые — никотиновые — увлечения и странные взгляды на жизнь. Терять? Майкрофт не привык к этому, даже когда речь идет о людях, которых нужно отпускать; терять Шерлока он не хочет. И устанавливает скрытые камеры в его квартире на Бейкер-стрит: видеть, что он делает, слышать, что говорит, знать, над каким делом и как работает. Телефон на прослушке — для верности собственным принципам. Однажды эти принципы спасают Шерлоку жизнь, а еще жизни многих людей — помимо жителей Лондона, самого Майкрофта, например.


Лестрейд


Лестрейд вертит в руках бокал вина и весь сжимается, когда Шерлок зачем-то открывает окно. Ледяной воздух врывается в комнату, капли дождя стучат по подоконнику и стекают на любимый ковер миссис Хадсон.

— Что ты делаешь? — недовольно спрашивает инспектор и смотрит на Шерлока, но детектив не замечает его взгляда — он, кажется, погружен в свои мысли и не видит ничего, кроме стихии, обрушившейся на Лондон. Как будто в порывах ветра, во вспышках молний и раскатах грома есть что-то такое, что заставляет Холмса постоянно думать о чем-то, что одновременно радует его и причиняет сильную душевную, почти физически ощутимую боль.

Лестрейду кажется, что этой ночью все переворачивается с ног на голову в буквальном смысле, и буря за окном только подчеркивает внезапность перемен. Инспектор вздрагивает от особенно сильного удара грома где-то прямо над крышей дома, а Шерлоку будто легче от этого.

Конечно, Холмс был одинок, как и сам Лестрейд. Им было одинаково скучно жить, и их одинаково никто не ждал по вечерам с работы. Лестрейд уходил на службу, когда весь Лондон еще спал, укутавшись в уютные сны, и возвращался тогда, когда в небе блекло сверкали звезды и по телевизору не показывали ничего, кроме дешевых эротических фильмов. Шерлок уходил из дома, когда антикварные часы домовладелицы, стоящие в холле, отбивали шесть часов утра, и возвращался, когда по телевизору не показывали даже рекламы.

Они были так похожи. И в то же время Лестрейд чувствовал, что у них нет вообще ничего общего. Раньше ему нравилось проводить параллели: они детективы, любят расследования и интересные дела, умеют эффективно сотрудничать и ловить преступников. Шерлок был для него олицетворением идеала, но в его образе чего-то не хватало — чего-то, что дало бы Лестрейду не просто догадку о наличии у Холмса сердца, но подтвердило бы ее.

Сейчас Лестрейд понял, что все его параллели были абсолютно поверхностными.

— Он нужен тебе, да? — снова спросил инспектор, и Шерлок, погруженный в свои мысли, вздрогнул. — Тебе его не хватает, ведь так? Признайся.

Холмс молчит, устало прикрывает глаза и осторожно кивает. Лестрейд задерживает дыхание, как будто оно может помешать, разбить на мелкие осколки это хрустальное мгновение доверия. Уже через несколько секунд дымка начинает рассеиваться, и Шерлок внимательно смотрит на инспектора, будто пытаясь понять, правильно ли поступил, доверив ему свой секрет.

Лестрейд мягко улыбается и пробует вино. Вкус ему не нравится — слишком горько. Снова становится тяжело и пасмурно на душе. Шерлок переступил через свои принципы и признался, что тоскует по брату. Смог бы Лестрейд ответить на это доверие и назвать Холмсу имя человека, без которого его жизнь потеряла смысл?

Шерлок, конечно же, все знал с самого начала. Инспектору не нужно называть имен, не нужно что-то объяснять.

— Так, наверное, лучше, — тихо говорит он, и Лестрейд не может понять, значит ли это, что лучше без Дженнифер или лучше, что Шерлок помогает ему переживать боль разлуки.

Через полчаса Шерлок становится собой. Буря за окном утихает так же резко, как началась, и на улице слышны бодрые голоса. Где-то вдалеке звонят колокола, воют полицейские сирены. Холмс листает материалы дела и хмурит брови.

Во рту все еще остается горечь от вина. Лестрейду хочется закутаться в пальто, в шарф и уйти из этой квартиры, остаться наедине с собой и попытаться принять новый образ Шерлока.

Холмс улыбается, когда инспектор прощается с ним и спускается в холл. Через минуту он получает сообщение и решает прочитать его чуть позже, дома. Шерлок не ребенок и вполне может подождать ответа.

Но детектив не отвечает ни на ночное сообщение Лестрейда, ни на звонки в течение всего следующего дня. Инспектору начинает казаться, что тот вечер с фотоальбомом, вином и бурей за окном ему приснился, и что Шерлок всегда мог увлечься погоней за преступником и исчезнуть на день-два.

Почти через две недели Лестрейд звонит в дверь дома 221-Б на Бейкер-стрит и расспрашивает миссис Хадсон о том, когда Шерлок последний раз появлялся дома. А еще через неделю он, пользуясь служебным положением, связывается с Майкрофтом Холмсом.


Шерлок


Впервые за много лет Шерлок испытывает это странное чувство — что-то не получается так, как он хочет, не ладится, не удается. В голове возникает смутный образ, но он никак не может уловить, какой именно и что все это значит. Темные стены давят, сжимают, как тиски, и хочется вырваться, убежать отсюда.

Кто-то заливисто смеется, и этот смех будто заполняет собой все пространство, пропитывает воздух и неприятно сжимает легкие. Шерлок пытается сосредоточиться на человеке, стоящем перед ним, но думает только о том, как ему холодно и больно.

— Могу разъяснить еще раз, если ты такой упрямый, — человек поправляет рукава рубашки и делает шаг вперед. Шерлок узнает его по голосу и чувствует, как по спине бегут мурашки. Похоже, игра зашла слишком далеко, Шерлок оказался слишком близко к победе. — Детка, тебе, кажется, нехорошо?

Мориарти издевается. Садится рядом с Шерлоком на грязный, холодный пол и осторожно касается пальцами его ладони. Холмс внутренне сжимается и старается не смотреть на своего врага.

— Как думаешь, тебя кто-нибудь станет искать? — спрашивает Мориарти и тут же отвечает с задумчивыми нотками в голосе: — Я так не думаю.

— Найдут, — хрипит Шерлок. В горле саднит, сознание путается и до смерти хочется пить. Мориарти широко улыбается и достает что-то из кармана брюк.

— Нет, — шепчет Холмс, чувствуя острую боль в руке. Мориарти улыбается еще шире и снова что-то говорит. Шерлок улавливает только «Майкрофт», а потом резкая боль во всем теле будто рвется наружу, заставляет кричать и ненавидеть себя за собственное легкомыслие. Если бы только он не пытался сбежать из этой квартиры, где в каждом углу обязательно были камеры Майкрофта!

Шерлок вдруг вспоминает, как брат каждое воскресенье уходил зачем-то из дома художницы Маргарет. Когда Майк не брал его с собой, хлопал дверью и шел по серым лужам, возвращался грустный и в то же время раздраженный, Шерлок чувствовал почти такую же боль, как сейчас — резкую, невыносимую, заставляющую до крови закусывать губы и думать, что все это никогда не кончится.

В ушах звенит, и голова раскалывается от боли. Шерлок сжимается в клубочек и пытается сфокусировать взгляд на шприце, который Мориарти держит в руке.

— Я же говорил тебе, детка, что ты не можешь меня остановить. Разве я не предупреждал тебя, чтобы ты убрался с моего пути?

Шерлок не слушает его, думает о том, где допустил ошибку и будет ли действительно кто-то его искать или нет? Дело не в том, что обидно умирать по воли преступника, который неожиданно оказался намного сильнее, чем Шерлок привык думать о нем; дело в том, что он так и не сказал Майку, что ему было жаль навсегда потерять его из-за собственного эгоизма и глупости.

Ему ни за что не выбраться отсюда и не победить Мориарти. Раньше он не задумывался о том, что недооценил соперника, а теперь уже слишком поздно. Шерлок не знает, где он и как давно находится в этом сыром и мрачном помещении; знает только, что Мориарти не даст ему умереть быстро и безболезненно, а сначала нарезвится вволю.

Ломка постепенно отпускает тело и разум, и Шерлок понимает, что Мориарти давно нет рядом. Шевелиться страшно, предполагать, что завтра все повторится — еще страшнее, и он вместо этого забивается в угол, сжимается, запускает пальцы в волосы и размышляет, что бы он сказал Майкрофту, если бы брат мог его сейчас слышать…

Однажды мама попросила Шерлока сделать какой-нибудь подарок брату на Рождество. Ему понравилась эта идея, и он решил написать ему письмо — такое, которое Майкрофт никогда бы не забыл. Он исписал все карандаши в доме и все листы бумаги, которые только нашел, даже стащил пару тетрадок у Майкрофта из портфеля. Но все было не то, слова не складывались в предложения, и Шерлоку надоело искать то, что было бы особенным.

На Рождество он подарил Майкрофту белый лист бумаги, на котором карандашом детским неровным почерком была написана всего одна фраза: «Спасибо за то, что ты есть». Ему было очень стыдно, что он так и не смог придумать чего-то более оригинального и естественного. Майкрофт тогда долго смотрел на него, а потом улыбнулся и, сложив лист, аккуратно положил его в карман брюк.

Спустя почти двадцать пять лет Шерлок не знает, что бы он сказал Майкрофту, если бы он сейчас был здесь, рядом с ним, в этом холодном подвале. Наверное, то, что он тогда придумал, в то Рождество, лучше всего подходило…

Ему снится, что Майкрофт находит его в темном, почти черном подвале, больно сдавливает ему плечи, зовет и крепко-крепко сжимает в объятиях. Шерлок почему-то видит Лестрейда. Инспектор держит в руках пистолет, его ладони заметно дрожат, и сам он выглядит уставшим и сильно взволнованным. Он с облегчением вздыхает и улыбается Шерлоку, что-то говорит Майкрофту и выходит, зовет кого-то, просит помочь. Шерлок чувствует, как брат перебирает пальцами прядки его волос и целует в лоб.

Шерлок боится проснуться и понять, что все это иллюзия, просто сон, который убивает его быстрее и больнее, чем наркотики, которые Мориарти вгоняет ему в кровь.

А когда он все же просыпается, в глаза бьет яркий свет и слух улавливает знакомые голоса где-то совсем рядом.

— И что же там было написано? — спрашивает глубокий, чуть хрипловатый голос. Шерлок улыбается про себя, узнав инспектора Лестрейда.

— «Спасибо за то, что ты есть», — отвечает второй, звонкий и мелодичный голос, который может принадлежать только Майкрофту Холмсу. — Видимо, придется поставить камеры на каждой улице Лондона, чтобы не потерять его снова…

Лестрейд молчит, Майкрофт неприятно чем-то шуршит. Этот звук почему-то напоминает шаги Мориарти за тяжелой дверью подвала, и, чтобы отогнать кошмар, Шерлок распахивает глаза.

Лестрейд задумчиво рассматривает череп на каминной полке. Сейчас инспектор выглядит спокойным и даже счастливым — впервые за несколько лет. На нем белая рубашка с закатанными до середины рукавами, светло-серые брюки. Выглядит он таким по-домашнему родным и своим, что Шерлок невольно улыбается. Майкрофт стоит рядом с инспектором и листает какую-то книгу.

Солнце отражается в окнах домов напротив, небо чистое, без облаков; окно открыто, в комнате по-весеннему тепло и уютно. Майкрофт еще не замечает взгляда Шерлока, Лестрейд все еще рассматривает череп, изредка бросая любопытные взгляды на старшего Холмса. Они наконец-то замолчали, видимо, обсудив детство Шерлока в деталях, и Шерлоку хочется с ними поговорить о чем-нибудь простом и весеннем. Но вместо этого он удобнее устраивается на диване, вслушивается в шум города и думает о том, что ничего уже не изменить, все останется почти так же, как сейчас: скрытые камеры, сообщения среди ночи, новые дела, погони и перестрелки. Но можно найти способ сделать так, чтобы больше никому не было плохо и больно. Например, иногда отвечать на звонки Майкрофта и в дни рождения делать ему более оригинальные подарки.

Взгляд Шерлока падает на черный пакет с надписью «Armani», лежащий на журнальном столике. А через секунду он замечает, что Лестрейд смотрит на него и улыбается такой открытой и радостной улыбкой, что Шерлок понимает: впервые за много лет в его жизни нет дождя и сердце бьется ритмично.

F i n

@темы: Шерлок bbc

04:55 

Цитаты из сериала "Шерлок"

Д.В: Зачем вы меня звали?
Ш.Х: Мне нужен ваш телефон. Не могу отправить смс со своего номера, его могут увидеть на сайте.А ваш номер никто не знает.
Д.В: у миссис Хадсон есть телефон!
Ш.Х: Она была внизу, я не мог докричаться.
Д.В: Я был на другом конце Лондона!
Ш.Х: Мне не к спеху.

— Хочу глотнуть воздуха — идем гулять.
— Вообще-то у меня свидание.
— Что?
— Это когда двое увлечены и проводят время вместе.
— А я что тебе предложил?
— Не совсем это… надеюсь...
(Шерлок и Ватсон)

-В современном Лондоне не покуришь.Плохая новость для мозга.
-Хорошая для легких.
-О,легкие... дышать скучно!
(Шерлок и Ватсон)

Вы видите, но не наблюдаете.
(Шерлок)


-Хватит.Я в шоке.Видите, на мне одеяло.И вообще,я только что поймал вам серийного убийцу.
(Шерлок)


Для меня важна работа - у меня без нее мозги ржавеют!
(Шерлок)

19:27 

Тишина, спокойствие, умиротворение.
Разве это не отвратительно?


Друзья, кто по случаю забредет в мой дневник и поймет, что является единомышленником, добавляемся в VK id125095614

20:24 

26.08.2011 в 17:56
Пишет angel_of_darkness:

Кроссоверные фики Suits/White Collar.

фик с suit'овского мема. пока только 4 главы. Нил/Майк, Харви/Майк.
Харви посылает Майка в ФБР, где тот конфузится и знакомится с Нилом и Питером.

Black and White and Red All Over by ModernElegy Сара Эллис/Донна
по сюжету с suit'овского мема. Сара Эллис и Донна встречаются, влюбляются и просто великолепны вместе.

Ordinary Words by shoutxitxout пока 1 глава. Харви/Майк, Нил/Майк.
Нил - младший брат Харви, с которым они не виделись годы. Когда Нила арестовывает ФБР, Харви приходится вмешаться. А потом Харви нанимает Майка и все совсем путается.



A Gentleman's Guide to Suits, Ties, and Collars by VampirePam пока 3 главы. Харви/Майк, Нил/Питер
FFnet
ЖЖ
Харви как-то заглядывает к старому другу Питеру в офис, где знакомится с Нилом, а тем же вечером нанимает Майка Росса. И все становится как-то запутанно. (И здесь тоже).

URL записи

19:58 

01.05.2011 в 01:12
Пишет миссис Норрис:

:chups:



И шикарное видео :inlove:



URL записи

17:40 

Уход за клубникой

Уход за посадками клубники заключается в следующем:

подкормка клубники;
борьба с сорняками, рыхление почвы;
полив;
борьба с вредителями и болезнями.
Подкормка клубники.

Клубнику подкармливают три раза в год.

1) Ранней весной после обрезки листьев клубнику подкармливают комплексным минеральным удобрением (нитроаммофоской - 1 ст. л. на 10 л воды) или органическим удобрением (настой коровяка, разведенного водой 1:10, или куриного помета - 1:12). Клубнику удобряют под корень, используя 0,5 л раствора под каждый куст.

2) В период бутонизации и созревания плодов клубнике больше требуется калия, поэтому для подкормки можно использовать калийную селитру, золу или настой куриного помета.

Опрыскивание клубники микроэлементами во время цветения и роста завязей значительно увеличивает ее урожайность (на 10 л воды - щепотка борной кислоты).

3) После сбора урожая и обрезки старых листьев подкармливают комплексным минеральным или органическим удобрением (2 ст л. нитроаммофоски, 1 стакан золы на 10 л воды).

Подкормка клубники в августе мочевиной (30 г на 10 л воды) способствует закладке и увеличению цветочных почек, что увеличит урожай следующего года.

После подкормки клубнику необходимо полить, чтобы не повредилась корневая система.

Борьба с сорняками и рыхление клубники.

Весной с посадок клубники маленькими граблями сгребают мусор, мульчу и пропалывают междурядья, затем рыхлят почву на глубину 5 см. В самих рядах сорняки удаляют руками, чтобы не повредить корневую систему клубники.

Рыхление проводят после каждой подкормки, полива, а также после дождей.

На протяжении всего периода вегетации необходимо удалять сорняки и следить, чтобы не образовывалась земляная корка.

Полив клубники.

Полив клубники необходим на протяжении всего вегетационного периода, особенно во время цветения и наливания плодов. Поливать желательно в утренние часы не холодной водой.

До цветения клубнику можно поливать по листьям методом дождевания, а во время цветения и созревания плодов - поливают под корень или в междурядья, стараясь не попадать на растения.

Полив клубники после сбора урожая способствует лучшей закладке цветочных почек.

Количество поливов зависит от погодных условий. Если нет дождей, то клубнику поливают раз в 10 дней. В дождливую погоду можно при желании и возможности прикрыть посадки клубники агропленкой, так как повышенная влажность способствует развитию болезней.

После полива почву необходимо рыхлить и мульчировать.

Борьба с вредителями и болезнями клубники.

Для борьбы с болезнями весной до цветения и после последнего сбора ягод клубнику обрабатывают от болезней одним из препаратов:

хлорокись меди (1 ст.л. на 10 л воды) - от серой гнили и пятнистости;
марганцовкой (1-2 г на 10 л воды) - от мучнистой росы;
коллоидной серой (2 ст. л. на 10 л воды) - от мучнистой росы;
фитоспорин - от грибных болезней.
В период бутонизации клубнику можно обработать раствором йода (1/2 ч.л. на 10 л воды) от долгоносика и серой гнили, обработку повторить через неделю.

Для борьбы с вредителями до цветения и после сбора урожая клубнику обрабатывают одним из препаратов: интавиром, актарой, карате и др.

Удаление листьев и усов.

Весной после начала роста молодых листочков на кустах клубники удаляют старые поврежденные листья и сжигают их.

После сбора урожая у клубники удаляют все листья, оставляя 2-3 молодых листочка на каждом кустике. Это способствует оздоровлению посадок клубники от вредителей и болезней. С обрезкой нельзя затягивать, чтобы до зимы на кустах клубники смогли отрасти новые листья, заложиться цветочные почки, накопиться пластические вещества. На молодых посадках клубники проводят выборочное удаление листьев.

На протяжении всего вегетационного периода у клубники проводят удаление усов. Если этого не делать, то происходит истощение кустов клубники, задерживается закладка цветочных почек. Усы как правило не обрывают, а обрезают, чтобы не повредить растения.

Полезные советы.

Для того, чтобы клубника быстро не старела и не вырождалась, для усиления корнеобразования необходимо на зиму слегка окучивать кусты клубники землей.

@темы: садоводство

16:54 

Первая часть Шерлока Холмса показалась нам фильмом унылым и весьма предсказуемым. Холмс раскрывал банальные масонские тайны. Ватсон делал вид, что помогает Холмсу, но вместо этого молотил кулаками доковых рабочих. Эпический Злодей нагонял на зрителя эпический смех. Ирен Адлер мило хлопала глазками и спасала Британию от неизбежной гибели. Банальность происходящего была очевидна. Режиссер фильма - Гай Ричи понял эту нехитрую истину и решил снимать сиквеле в инаковом ключе. Готическая Англия была отправлена в топку стим-панк Германии. Марионеточного злодея сменил гениальный торговец оружием, Ирен Адлер застрелили на пятой минуте картины, тогда как Ватсон показал зрителям, на что способны настоящие ветераны Афганистана. Такая вот ударная получилась «Игра теней».

Ну а теперь – серьезно. Вторая часть Холмса базируется на известном рассказе Артура Конан-Дойла – «Последнее дело Холмса». Главным врагом Шерлока в это раз является профессор Мориарти – астроном, физик и по совместительству, творец футуристического steam-powered оружия. Цель Мориарти проста – развязать Мировую войну (на дворе, между прочим 1891 год). Метод достижения цели понятен – политическая провокация, в идеале – убийство посла. Государства, поссорившиеся на дипломатическом поприще, неизбежно возьмутся за «пистолеты» и маховик разрушения раскрутиться на полную катушку. Однако в плане Мориарти есть слабое место - Ирен Адлер. Девушка обладала той частью головоломки, которая была нужна Шерлоку для начала собственного расследования. Объявив Мориарти войну, Холмс берет на себя ответственность за судьбы мира и подставляет под удар Ватсона. Ватсон же вообще не в курсе происходящих событий, он едет в поезде с молодой женой. Ясно понятно, что романтический вечер молниеносно подходит к концу и друзья вновь берутся за оружие! Пистолет против пулемета, Холмс против Мориарти, а миссис Ватсон против всех – вот расклад нового фильма!

«Игра теней» на голову лучше оригинала, как с точки зрения сценария, так и с точки зрения режиссуры. Помимо привычного готического Лондона, Ричи показывает зрителю Францию, Германию и Швейцарию. Герои стремительно мчатся по Европе, противодействуя террористам, наемным убийцам, анархистам и (!) Теневому правительству. Средства передвижения меняются со скоростью молнии, в дело будут пущены паровозы, автомобили, лошади и даже маленькая пони. Враги – один страшнее другого. Если в начале «Игры» на Холмса нападает жестокий казак, то в конце – нашего умника ждет интеллектуальный поединок с Мориарти (конечно же, возле водопада). Однако полный «ахтунг» начинается, когда герои попадают на германский военный полигон. Ватсон берется за автомат, Холмс за маузер, а немецкие рейхс-солдаты расчехляют гатлинги, мега-пушки и минометы.

@темы: Цитаты, Шерлок Холмс

16:56 

Два слова об Ирэн Адлер

Le Dieu: Сюжет «Скандала в Богемии» кажется мне самым неубедительным из всего Канона. Непонятен предмет шантажа: в чем, собственно говоря, Ирэн Адлер собиралась уличить короля перед родителями невесты? Сама по себе связь холостого, еще не помолвленного монарха с оперной примадонной не может его компрометировать. Каким бы непорочным существом ни была невеста короля, она не может требовать от своего жениха девственности. Такие связи были едва ли не у всех лиц королевской крови и почти у всех оперных и балетных див. Такие романы не скрывала ни та, ни другая сторона. Не углубляясь в историю, назовем хотя бы принца-регента, будущего Георга IV, и Мэри Робинсон, которых прозвали Флоризелем и Пердитой, потому что она блистала в Друри-Лейн в «Зимней сказке». Цесаревича Николая Александровича и Матильду Кшесинскую. Принца Эдварда Уэльского, будущего Эдуарда VII, и Нелли Клифтон. Его же уже на престоле и Лилли Лэнгтри (он был женат, а она замужем). Людвига Баварского и Лолу Монтес. Франца Иосифа и Катарину Шратт; впрочем, последний случай особенный. Из текста рассказа как будто следует, что предмет шантажа скрыт в содержании писем, написанных королем. А фотография служит доказательством аутентичности писем. Чтобы понять, что именно могло быть в этих письмах, прочтем внимательно текст рассказа. Прежде всего - не стоит смешивать текст с фильмом Масленникова. В комментах к моему предыдущему посту попалась характеристика «опереточный король». Таков он в фильме, субтильный и капризный, но не в рассказе. В рассказе он мужчина «геркулесовского сложения» (в оригинале – «с грудью и членами Геркулеса»), высокого роста (6 футов 6 дюймов – выше Холмса, который был шести футов без дюймов), «человек сильной воли» и «решительности, переходящей в упрямство». Правда, одет он «с варварской роскошью». Дойл сочиняет ему совершенно невиданный костюм: двубортное пальто с каракулевой оторочкой, сапоги, «обшитые поверху дорогим коричневым мехом», широкополую шляпу и плащ с берилловой застежкой. (Замечу вскользь, что Дойл питает явное пристрастие к этому минералу – даже жена Стэплтона в «Собаке Баскервилей» зовется Берил; драгоценный же камень берилл в зависимости от цвета называется изумруд или аквамарин. Сэр Артур вообще не очень прилежно изучал минералогию: карбункул – камень темно-красного цвета, гранат, а голубым бывает сапфир.) Ясно, что передвигаться в таком прикиде по улицам Лондона, не привлекая к себе внимания, можно только в экипаже. Король и приезжает на Бейкер-стрит в пароконном бруме. (Непонятно, откуда в переводе взялись рысаки, но это сейчас не суть важно - в переводах Дойла вообще много отсебятины.) Едва инкогнито раскрыто, Холмс без запинки произносит длинное имя короля. Видимо, со справочником он сверился еще до разговора с Ватсоном. Но в справочниках не указываются сведения о еще не состоявшейся помолвке. Холмс следит за новостями в мире высшей аристократии или навел справки о короле у какого-нибудь знатока светских сплетен. Тревогу короля Холмс понимает с полуслова. Его совершенно не интересует содержание писем. То ли он что-то знает от того же светского сплетника, то ли считает, что это неважно (в том-то и штука, что это может оказаться важным). Не будем заморачиваться на имени и титуле короля – географию, европейскую историю и современную ему европейскую политику сэр Артур знал примерно так же, как минералогию. Он знает, что Царство Польское – часть Российской империи, но уже географическое положение Гродно представляет себе смутно (в «Собаке Баскервилей» Холмс говорит, что аналогичное дело с псом имело место «в Гродно на Украине»). Нелепое одеяние короля говорит о том, что для Дойла Богемия была страной варваров и этимологически, вероятно, связана с цыганами. В самом начале рассказа говорится, что у Холмса Bohemian soul – неприкаянная, мятущаяся душа художника, представителя богемы. Частный сыщик-консультант с артистическими наклонностями ею, конечно, и был по сравнению с упорядоченным казенным Скотланд-Ярдом. В русском переводе душа у Холмса цыганская, в чем есть свой смысл. «Цыганский», «богемный» и «богемский» - омонимы в английском языке. Поговорим об Ирэн Адлер. Король называет ее «известной авантюристкой». Ни у Холмса, ни тем более у нас нет оснований оспаривать эту характеристику. Но adventuress по-английски – не совсем то же, что по-русски. Под этим словом подразумевалась дама полусвета, добивающаяся материальных благ и положения в обществе ценой своих женских прелестей, нечто среднее между американской socialité и demirep Генри Филдинга. Есть смысл сослаться на эссе Джерома К. Джерома The Aventuress. Существует также несколько вульгарное слово «кокотка» (cocotte – «цыпочка»). В современной России эти дамы с камелиями называют себя «светскими львицами». В романе Золя «Деньги» этим промышляет великосветская дама баронесса Сандорф, но она спит с биржевыми брокерами не только ради денег, но и вследствие неутоленной сексуальности и сексуальной же любознательности. Шерлок Холмс, если верить хронологии Клингера, в юности три года провел во Франции, видел закат Второй империи, дышал ее атмосферой. Это был период его полового созревания (14-17 лет; куда подевался созревший плод – отдельный разговор). Он наверняка интересовался этой сферой и в этом смысле говорил с королем на одном языке. О «куртизанках» Второй империи все наслышаны и начитаны. Кора Перл, любовниками которой были сын короля Нидерландов принц Вильгельм Оранский, внук Иоахима Мюрата Ашиль Мюрат, единоутробный брат императора Наполеона III герцог де Морни... Ла Баруччи, прославившаяся тем, что, когда ее представили принцу Уэльскому, задрала юбки, повернулась и представила ему, как грациозно выражается один мемуарист, white rotundities of her callipygian charms… Не знаю уж, что имеют в виду русские авторы пошловатых сайтов, когда пишут, что она говорила о себе «Я – первая п... Парижа». На самом деле она говорила Je suis la première putaín de Paris. Называли ее и grand cocotte. Один из ее великосветских обожателей говорил о ней с тем же восторгом и почти теми же словами, какими говорит об Ирэн Адлер король Богемии: Et quelle puissante organisation! Quelle temperament a’acier! Quelle prodigieus activité! («Какая властность! Какой стальной характер! Какая ненасытность!») Кстати, по поводу обнаженных ягодиц Баруччи. Не стоит понимать это буквально. Обнаженность не была равна наготе. О любовнице Наполеона III графине де Кастельоне говорили, что она позирует придворному фотографу Пьер-Луи Пирсону голой. На самом деле он снимал ее голые ноги, что было по тем временам крайним неприличием: даже кокотки, снимавшиеся в более откровенном виде, чулок не снимали. Снимки эти ныне хранятся в собрании музея Метрополитен. Лина Кавальери Вообще все так называемые эротические фото того периода покажутся нам сегодня образцом целомудрия. (Фотография оперной дивы Лины Кавальери, иллюстрирующая этот пост, датируется более поздним временем. Феноменально популярная Кавальери стала, наверно, первым секс-символом эпохи массовой культуры – ее снимки продавались в сувенирных лавках, в том числе в виде игральных карт.) Что касается известного рассказа о том, как Кора будто бы сервировала поклонникам на обед в качестве главного блюда самое себя в голом виде, то это бродячий сюжет: Каролина Отеро - la Belle Otero - рассказывала, что сделала это на банкете в Петербурге (где в число ее знакомых входил и Григорий Распутин), такой же слух ходил о Мари Дюплесси – той самой, что выведена в «Даме с камелиями» и стала классическим эталоном дамы полусвета. Почти все demi-mondaines были актрисами. Иногда им удавалось окрутить знатных любовников. Американка Клара Уорд вышла вторым браком за князя Мари-Жозефа де Караман-Шиме. Паива, она же уроженка Москвы Эсфирь Лахман, была женой португальского маркиза, а затем прусского графа. Ну и, разумеется, нельзя не вспомнить Бланш д’Антиньи, пассию шефа жандармов и начальника Третьего отделения генерал-адъютанта Мезенцова (в 1878 году убитого народовольцем Кравчинским), которая произвела фурор в Петербурге и, как гласит Большая Советская Энциклопедия, была выслана из России по личному распоряжению императрицы. В дальнейшем она сделала артистическую карьеру в Париже. Считается, что именно д’Антиньи описал Золя в романе «Нана». Там действительно упоминаются некий русский князь и поездка в Россию, но не в том хронологическом порядке, в каком она имела место на самом деле. Вообще там у всех актрис куча именитых поклонников. Но предел мечтаний – это, конечно, соблазнить монарха и разом решить все свои материальные проблемы. В 1878 году на открытие Всемирной выставки в Париж ожидались коронованные особы, многие должны были посетить театр – каждая из дамочек надеется привлечь внимание августейшего зрителя. Это было вполне реально, зная любвеобильность некоторых из них. - Скажите, мой друг, - обратилась Каролина Эке к Вандевру, - сколько лет русскому императору? - О, это человек неопределенного возраста, - ответил граф, смеясь. – С ним каши не сваришь, предупреждаю вас. (Перевод Т. Ириновой) В книге о Николае II Эдвард Радзинский ссылается на актрису Веру Леонидовну Ю. (Юренева, разумеется; вот на этом фото она тоже что-то вроде секс-символа другого, Серебряного века), которая на склоне лет рассказывает ему разные занимательные истории из жизни петербургского полусвета. В частности, историю о том, как наследник Николай Александрович пленился чарами некой юной красавицы: «Он обожал прогулки... Ходила сплетня: он встретил на прогулке красавицу еврейку... И завязался роман. Об этом много болтали в Петербурге. Но отец поступил как всегда решительно - еврейку выслали вместе со всеми домочадцами. Когда все это происходило, Николай был в ее доме. "Только через мой труп", - заявил он градоначальнику. Однако до трупа не дошло: он был послушный сын - и его в конце концов уломали и увезли к отцу в Аничков дворец, а еврейка исчезла из столицы». Кроме Радзинского, ничего подобного нет ни в каких источниках. Всего вероятнее, Вера Леонидовна слышала звон, но с годами запамятовала подробности. Стоит отметить, что в Париже все дамы со связями в высших сферах состояли под негласным надзором французской полиции. Которая именно в те годы в политических видах активно сотрудничала с зарубежной агентурой полиции русской. Вернемся на Бейкер-стрит. Ирэн Адлер – дама вышеописанного круга. Всего вероятнее, именно по этой причине она значится в картотеке Холмса. Это не реестр уголовников – как пишет Ватсон, Холмс заносил на карточки всевозможные любопытные сведения. Тем не менее возможно, что Ирэн попала в поле его зрения потому, что и прежде шантажировала высокопоставленных любовников. Просто Холмс не считает шантаж преступлением – в «Медных Буках» он называет происшествие с королем Богемии в числе дел, не требовавших судебного разбирательства. Странное мнение для знатока британского законодательства. Адлер – урожденная американка, но фамилия ее немецкая или еврейская, что подтверждается соседством ее карточки с карточками «еврейского раввина» (интересно, какие еще бывают раввины, кроме еврейских?) и некоего «начальника штаба, автора труда о глубоководных рыбах» (небось немец). Возможно, ее родители были натурализованными гражданами США, иммигрантами из Германии, Австро-Венгрии или Польши (иммигрировать из самой России в середине XIX века было трудно). Интересно, что Холмс не дает Ватсону прочесть справку вслух – он отбирает у него карточку и читает сам, при этом кое-что пропуская; в тексте эти места обозначены многоточиями. Что кроется за многоточиями, какую информацию Холмс не стал оглашать? Этого мы не знаем. Не узнал этого и Ватсон, хотя ему ничто не мешало заглянуть в картотеку, покуда Холмс точил лясы с извозчиками в окрестностях дома Ирэн. Из того, что он прочел вслух, явствует, что она профессиональная оперная певица-контральто, вероятно, училась бельканто в Италии, пела в Ла Скала и «Варшавской императорской опере», а потом покинула сцену и поселилась в Лондоне. Действие рассказа происходит в 1888 году, родилась она в 1858 – следовательно, в момент действия ей 30 лет. С королем она познакомилась за пять лет до описываемых событий. Сколько времени продолжался их роман, неизвестно. Как я уже писал, никакой императорской оперы в Варшаве никогда не было. Но просто опера была, и недурная. Teatr Wielki был своего рода центром польского национального возрождения и культурного сопротивления. На 50-60-е годы XIX века приходится расцвет творчества Станислава Монюшко. Шел там, разумеется, и обычный оперный репертуар, итальянский и немецкий. Очень хороша была балетная труппа. Была в варшавском Большом театре и драматическая сцена. По некоторым отзывам, во всей Европе не было лучших комедиантов, чем в Париже и Варшаве. В шекспировских трагедиях блистала Хелена Моджевска. В 1868 году произошел инцидент: группа гимназистов в количестве 17 человек преподнесла Моджевской после спектакля букет, повязанный красно-белой лентой – это цвета польского флага. Российские власти расценили подношение как политическую демонстрацию. Ее участники были исключены из гимназии без права поступления в другие учебные заведения. Один из них, Игнацы Нюфельд, застрелился. Моджевска пришла на его похороны. В дальнейшем Моджевска вышла замуж за редактора газеты Kraj умеренно-националистического толка Кароля Клаповского и завела либеральный салон. В 1876 году Моджевска ушла со сцены, и супруги перебрались в США. Впоследствии Хелена стяжала славу на американских драматических подмостках и даже стала общественной деятельницей-феминисткой. Сьюзен Зонтаг написала о ней роман (In America). Надо сказать, что генерал Федор Федорович Берг, дипломат и географ, который служил наместником Царства Польского в момент вышеописанного инцидента, был человек недурной, но угодил в самое пекло. Он приступил к исполнению обязанностей в 1863 году, когда Польша была охвачена восстанием. В сентябре 1864 в Варшаве на него было совершено покушение. При обыске во дворце Анджея Замойского, из которого метнули бомбу, русские солдаты выбросили из окна польскую национальную реликвию - рояль Шопена. Этому символическому событию Циприан Камиль Норвид посвятил стихотворение Fortepian Szopena. Таким образом, музыка была важной составной частью польского самосознания, национальной идентификации. Вернемся к Ирэн Адлер. Уход с оперной сцены в 25 лет безусловно нельзя назвать типичным. В этом возрасте карьера оперной певицы по-настоящему только начинается. К тому же довольно часто с возрастом контральтовый голос превращается в меццо-сопрано. Именно это произошло с моей прабабкой, которая училась пению в Италии и Франции, пела в итальянской труппе, а после того, как Александр III увидел ее в «Птичках певчих», поступила в императорские театры и пела в Мариинке сначала русские контральтовые партии, а после меццо-сопрановые, но очень скучала по Оффенбаху. Партий для контральто в мировой опере немало. Они есть и у итальянцев (Маддалена в «Риголетто», Ульрика в «Бале-маскараде»), и у Вагнера, и у Чайковского (Ольга в «Онегине», Полина и графиня в «Пиковой»), и у Штрауса (Клитемнестра в «Электре»). Для контральто писались партии подростков мужского пола (Орфей Глюка, Ваня в «Жизни за царя»). Операман Холмс дал маху – он забыл об этом обстоятельстве и потому не узнал Ирэн в прохожем стройном юноше, пожелавшем ему доброй ночи, а она напомнила фразой в письме Male costume is nothing new to me. Итак, уход со сцены был для Ирэн вынужденным. Что могло заставить ее уйти? На брак с кронпринцем она рассчитывать не могла. Беременность? Вот это скорее всего. Если ребенок не умер, то его наличие – именно то обстоятельство, которым можно шантажировать венценосную особу накануне помолвки. Не исключено, что и фотография, которой Холмс видел только краешек – не парный, а тройной портрет. (Удивительно, кстати, что Холмс не интересуется, где негатив.) Тогда все как будто становится на свои места, хотя и непонятно, куда подевался ребенок – в доме его явно нет, не сидит же он взаперти, как дочь хозяина Медных Буков. Для частной школы-интерната он еще маленький. Ну, может, у каких-нибудь тетушек. А может, похищен, и именно это имеет в виду Ирэн, когда говорит, что король был с ней cruelly wronged? Зря Холмс не допросил пожилую горничную Адлер, которая встречает всю компанию охотников за фотографиями в опустевшем особняке. Она явно что-то знает и смотрит на прибывших не «с какой-то странной иронией», как сказано в русском переводе, а with a sardonic eye – cардоническим взглядом, то есть злобно-язвительно. Есть еще один вариант. Предположим, Ирэн угрожает предупредить будущих родственников короля о его сексуальных перверсиях. Вспомним, что Ирэн – вовсе не эфирное существо (певица-контральто и не может им быть). Король говорит, что у нее «душа из стали», «лицо прекраснейшей из женщин, но мозг самого неколебимого из мужчин». В сочетании с низким голосом и мужским костюмом получаем... правильно: пару SM-любовников. Она – доминатрикс, он – раб. Возможно, в сочетании с cross-dressing. Не исключено, что своеобразие их отношений отражено в фотографии или дарственной надписи на ней. Невинную Клотильду такой компромат должен повергнуть в ужас. (До 1886 года, когда Крафт-Эбинг в своей Psychopatia Sexualis присвоил этому типу отношений имена Сада и Захер-Мазоха, явление называлось «алголагнией». Ватсон, похоже, Крафт-Эбинга не читал, хотя как будто и интересуется психологией. Вообще надо отметить, что в Каноне начисто отсуствуют преступления на сексуальной почве - Дойл был в этом отношении мужчиной благопристойным. С Фрейдом Холмс встречается лишь в пастише Николаса Мейера «Семипроцентный раствор».) Опять-таки вроде все на месте, за исключением спешного брака и экстренного отъезда. Каким образом брак с Годфри Нортоном связан с основным сюжетом? Холмс резонно говорит, что теперь фото превратилось в обоюдоострое орудие. Но только в том случае, добавим мы, если там запечатлено нечто не вписывающееся в общепринятую мораль. Вряд ли Годфри предполагает, что, вступая в брак с 30-летней дамой, он найдет на супружеском ложе девицу. Но почему молодожены так поспешно уезжают на континент? Да и женятся в спешке: оба настолько потеряли голову, что не соображают, что в свидетели можно взять собственного кучера и тащат к алтарю переодетого Холмса. (Любопытно, кстати, каким именем назвался Холмс и не следует ли по этой причине признать брачное свидетельство недействительным?) Ну а что если в сюжете кроется политический подтекст? Ирэн Адлер – революционерка? Почему бы и нет? Скажем, борец за независимость Польши. В этом случае понятны и внезапный уход со сцены (как иностранку ее выслали), и скоропостижная женитьба (брак с Нортоном – фиктивный, потому молодожены и разъезжаются после венчания по домам; Холмс почему-то не придает этому факту ни малейшего значения), и экстренный отъезд (если предположить, что имя Ирэн Адлер значится в каком-нибудь стоп-листе – скажем, российском – то, сменив фамилию на Нортон, она может успеть проскочить паспортный контроль). Наконец, понятно, какую подлость по отношению к ней мог совершить король: он выдал ее российским властям. А может, она не революционерка, а, наоборот, агент русской полиции, приставленный к кронпринцу? Как я уже писал в предыдущем посте, одно другому не мешает. А мои измышления по поводу ребенка и садомазо? Опять-таки и это не помеха ни революции, ни контрреволюции. Здесь следует остановиться – слишком шаткая почва для дальнейших предположений. Прямо Гримпэнская трясина. P. S. В рассказе "Установление личности" Холмс протягивает Ватсону табакерку старого золота с большим аметистом на крышке и объясняет, что это "маленький сувенир от короля Богемии". Ну и зачем было кокетничать, отказываться от гонорара, не подавать королю руки? "Игра на публику" (на Ватсона)? Отсюда: vlad-ab.livejournal.com/319212.html

16:54 

Есенин

БИОГРАФИЯ СЕРГЕЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА ЕСЕНИНА


Поэт родился в селе Константиново Рязанской губернии в семье крестьян. В 1904 году начал обучение к Константиновском земском училище, затем обучался в церковно-учительской школе.

Есенин приехал в Москву осенью 1912 года и поступил на работу в книжный магазин, продолжил работу в типографии И.Д. Сытина.

В 1913 году будущий поэт поступил в Московский городской народный университет имени Шанявского на историко-философский факультет. Продолжал работу в типографии, что способствовало общению с поэтами Суриковского литературно-музыкального кружка.

Первые стихи С. Есенина были опубликованы в 1914 году в детском журнале «Мирою».

В 1915 году поэт из Москвы перебрался в Петроград, где читал свои произведения Блоку, Городецкому и многим другим известным поэтам того времени. В то же время Есенин сблизился с «новокрестьянскими поэтами». Годом позже, в 1916 году, поэт издал первый сборник стихов «Радуница», который принес ему известность. Организовывал вместе с Николаем Клюевым выступления в «народных» одеждах. В числе прочих значатся также выступления в Царском Селе перед Императрицей и ее дочерями.

До 1917 года Есенин поддерживал дружеские отношения с поэтом Каннегисером, который впоследствии убил председателя Петрограской ЧК Урицкого.

В 1918-1920 годах Есенин активно участвовал в кружке имажинистов .

В 1921 году поэт отправился в путешествие в Среднюю Азию, посетил также Урал и Оренбуржье. 2 месяца гостил в Ташкенте у друга-поэта А. Ширяевца. Выступал перед ташкентской публикой, читал стихи в домах своих друзей и на поэтических вечерах.

По наблюдениям очевидцев, Есенин любил бывать в старой части Ташкента, посещать чайханы, слушать местный фольклор.

Осенью 1921 года С. Есенин познакомился с танцовщицей Айсидорой Дункан. Свадьба прошла через полгода. После свадьбы пара отправилась в длительное путешествие по Европе и США. Около полутора лет провел Есенин в Штатах. Газета «Известия» опубликовала труб поэта об Америке «Железный Миргород».

Вскоре после аозвращения на Родину Есенин и Дункан разошлись.

В одном из последних произведений («Страна негодяев») Есенин очень резко отзывается о нынешнем руководстве страны, чем вызывает повышенный интерес к свой персоне со стороны правоохранительных органов. Во многих печатных изданиях стали появляться критические заметки о поэте, обличающие его в пьянстве, драках и иных антиобщественных поступках. Но стоит признать, что Есенин иногда давал поводы для подобных обвинений…

В 1925 году С. Есенин женился в последний раз на Софье Толстой, внучке Л.Н. Толстого. Но брак не оказался удачным.

В конце 1925 года жена Есенина договорилась о госпитализации поэта в платную неврологическую клинику. Об этом знали лишь несколько самых близких поэту людей.

Существует две версии причин госпитализации С. Есенина. Первая — лечение депрессивного состояния, в том числе и алкогольной зависимости, вторая — постоянное наблюдение правоохранительных органов (мнимое или реальное). Именно вторая причина заставила поэта в обстановке спешки и тайны покинуть клинику и перебраться в Ленинград.

28 декабря 1925 года тело С. Есенина нашли в одном из номеров ленинградской гостиницы «Англетер». Поэт был повешен на трубе парового отопления. Последнее стихотворение было написано кровью в этой же гостинице – «До свиданья, друг мой, до свиданья…»

По официальной версии Есенин совершил самоубийство в состоянии депрессии. До 1970-1980 годов других версий не вдвигалось. В это время возникло несколько новых версий. В их числе убийство поэта в с последующей инсценировкой самоубийства: в корыстных целях, на почве ревности, убийство сотрудниками Объединенного государственного политического управления (ОГПУ).

В 1989 году под эгидой ИМЛИ имени Горького была создана Есенинская комиссия под председательством Ю. Л. Прокушева; по её просьбе был проведён ряд экспертиз, приведших к следующему выводу: «…опубликованные ныне „версии“ об убийстве поэта с последующей инсценировкой повешения, несмотря на отдельные разночтения… являются вульгарным, некомпетентным толкованием специальных сведений, порой фальсифицирующим результаты экспертизы» (из официального ответа профессора по кафедре судебной медицины, доктора медицинских наук Б. С. Свадковского на запрос председателя комиссии Ю. Л. Прокушева).

В 1990-е годы различными авторами продолжали выдвигаться как новые аргументы в поддержку версии об убийстве, так и контраргументы против неё. Версия убийства Есенина троцкистами была представлена создателями телесериала «Есенин».

Похоронен в Москве на Ваганьковском кладбище.

19:45 

13.03.2010 в 23:30
Пишет Vezuvian:

Белый воротничок
Я наконец-то нашла персонажа (не анимешного, хотя и с этими плохо), по которому я бы могла просто, как говориться, попускать слюнки. "Мерлин" в этом плане меня не устроил, мало того, что оба актера тем на редкость страшные, так еще и прикалывает бледный крестьянин и рыцарь, который, судя по слабенькой мускулатуре, не сможет даже поднять настоящий рыцарский меч тех времен. Это не говоря уж о куче ляпов по исторической реконструкции... Про переделанный сюжет я вообще молчу. Ну ладно, пост не об этом.
Покорил меня сериал "Белый воротничок".

Описание:
Он мошенник, вор, фальшивомонетчик и далее по списку. Как раньше без него обходилось ФБР - непонятно. Всё меняется и сейчас он новый агент... Ну, или ещё нет?
Сюжет в описании полностью раскрыт и понятен, не так ли? Ну, ладно, придется своими словами.
Нил Кефри – аферист, фальшивомонетчик, вор, взломщик, подделывает все, что только можно подделать и просто обаятельный тип. В ФБР-овском жаргоне таких как он называют белыми воротничками, откуда и пошло название сериала. Его поймал и засадил в тюрьму строгого режима Питер Бёрк, не за все, правда, там набралось бы девяносто четыре года, как минимум, а только за подделку облигаций. И вот, Нил сбегает из тюрьмы, хотя сидеть ему оставалось всего лишь три месяца...
Преступная компания:
Нил Кефри
Любоваться
Моз
Смотреть и не смеяться

URL записи

17:34 

Доказательства того, что Шерлок ЖИВ!!!

Мы имеем следующие факты:
- Джон, стой! Нет, вернись на место и стой там. Нет, стой, где стоишь.
- Джон, смотри на меня, смотри на меня!
- Я лжец, в газетах писали правду.
Взгляд напротив.
Велосипедист.
Молли.
Тело Шерлока быстро увозят через ворота для въезда (для тех, кто не верил в быстро вызванную скорую, напоминаю - Шерлок прыгает с крыши госпиталя).
Снайпер, который в прицел смотрит на шокированного Ватсона, а потом складывает винтовку.
И, ВНИМАНИЕ, Шерлок спрыгивает с крыши.

Теперь для тех, кто не умеет связывать два элементарных факта в кучу:

Если человек спрыгивает, это значит только, что он СПРЫГИВАЕТ, а не приземляется, мать вашу. Ватсоны хреновы.

Для тех, кто не умеет смотреть в кадр, напоминаю, что прямо под местом, куда должен был прземлится Шерлок, стояла фура без брезента смешками мусора, причем огромными мешками. И фура эта отъехала, как только начали собираться зрители. И какой водитель уехал бы, когда в трех метрах упал скрыши человек? Любой вы выглянул поглазеть.

Многим показались странными движения Шерлока в полете. Это называется "сбалансировать вес". Если бы он упал на голову или на одну ногу/руку, то он сломал бы эту часть тела. А эти все "махания" помогли ему упасть ровно горизонтально.

На что упасть? Это другой вопрос. Тут возможны варианты. Самым банальным является тот, что он упал на мешки с мусором, потом спрыгнул с них, налил себе крови на голову и упал рядышком. Но это не очень веселый вариант. Второй получше - между фурой и стеной дома стоял батут или такая большая надувная подушка, которую используют пожарники, когда нужно, чтобы потерпевший спрыгнул из окна горящего дома. Откуда батут? А откуда вообще у Шерлока что берется? Он ведь заранее приготовил все для того, чтобы выжить. Он падает на батут, далее выливает на себя кровь и падает. Фура с батутом/подушкой уезжает.

Почему именно батут/подушка между фурой и стеной, а не просто на мешки? Потому что СНАЙПЕР БДИТ! Снайпер должен увидеть смерть Шерлока, иначеубьет Ватсона. Вы что, реально думаете, что он так слеп, что не заметит человека на голубых мешках? За фурой его же может быть не видно, вот именно поэтому ШХ и оглядывал здание напротив, чтобы определить угол обзора снайпера. К тому же, он специально нагнетал состояние Ватсона, чтобы тот сделал несколько непроизвольных шагов к нему, чем заставил бы снайпера сосредоточить внимание на нем и навести прицел снова.

Естессно, бригада Молли увозит по-быстрому "тело" в морг. Это всем и так понятно. Про велосипедиста настолько прозаично, что мне стыдно за создателей сериала - они нас, зрителей, этой простотой просто таки обидели.

Шесть серий, около девяти часов вас учили, что если вы видите начало движения руки, это еще не значит, что пощечину вам залепит та же рука. И нет, не верили. Как дети.

@темы: Шерлок bbc, Шерлок жив!

19:16 

17.02.2011 в 21:55
Пишет Oh, panic!:

спасибо-спасибо-спасибо :heart:

17.02.2011 в 19:58
Пишет Orla_Dark:

Специально для Oh, panic!, Шерлок\Ирэн "Ты опять меня обманула, женщина!".

Автор по фандому пишет редко, фанфик не проверяла бета, так что там ошибки, но автор очень старался, ибо драбблом не ограничился :shuffle2:


- Вы понимаете, что она вас ограбит?

URL записи

URL записи

11:16 

Знаешь, у тебя есть семья, друзья, ты не инвалид; у тебя 2 руки, 2 ноги, 2 глаза. Тебе есть, что кушать, что пить, есть доступ к образованию - значит есть будущее. А парень - это пустяк. Ты вправе называться счастливой и без этого пустяка...

19:22 

29.11.2010 в 04:25
Пишет tes3m:

Ирен Адлер
После сериала "Шерлок" мне не просто захотелось перечитать Конан Дойля, как после фильма Гая Ричи, но я и действительно его перечитала. Почти все оказалось таким, как я помнила, но удивил "Скандал в Богемии": я убедилась, Ирен Адлер из фильма Ричи казалась мне почти каноничной исключительно потому, что я, оказывается, совершенно забыла, какая она у Конан Дойля.
Я не против вольных трактовок образа, прекрасно помню, что автор даже о главном герое сказал: "делайте с ним, что хотите". Просто хочется отделить то, что нам известно об Ирен собственно из рассказа, от тех изменений, какие претерпел ее образ в сознании читателей и зрителей.
Об Ирен обычно вспоминают как об авантюристке и шантажистке, я и сама так ее воспринимала, поэтому не очень удивилась, увидев, что у Ричи она превратилась в опытную преступницу. В моей памяти Ирен была кем-то вроде миссис Чивли из "Идеального мужа". читать дальше

URL записи

@темы: Шерлок bbc, Шерлок Холмс

19:51 

06.11.2011 в 18:59
Пишет Beachcomber..:

Скорый поезд
Название: Скорый поезд
Авторы: Beachcomber.., YumiKoboyashy
Бета: YumiKoboyashy
Пейринг: Джон/Шерлок, Шерлок/Ирен (упоминается)
Рейтинг: G
Категория: АУ
Предупреждение: ООС
Дисклеймер: авторы ни на что не претендуют
Саммари: реальность, в которой мы живем, быть может, не единственная...
Примечание: кроссовер с одним известным литературным произведением. С каким - признаемся во второй части, дабы продлить интригу) Для тех, кто с ним знаком, не составит труда догадаться: текст полон скрытых и открытых цитат)

Часть Первая

URL записи

19:50 

07.11.2011 в 11:55
Пишет LocusManga.ru:

Девушка в розовой кофточке. Часть 1.
Краткое содержание первой серии «Шерлока» BBC глазами ну очень современной молодёжи…

Авторы: Rio, Ally
Персонажи: Шерлок, Джон и все-все-все
Рейтинг: G
Категория: джен; юмор
Дисклеймер: денег нам за это не дали, да к тому же и сами игры сейчас платные
Саммари: смотрели сериал невнимательно, так как параллельно играли по сети в World of Warcraft. И вот каким мы его увидели…


читать дальше

URL записи

@темы: Шерлок Холмс, Шерлок bbc, Цитаты

19:44 

Слэшеру никогда не мешают дети, жены, подружки, собаки и прочие незначительные предметы мебели. Слэшер твердо осознает свою правоту!

18:58 

СКУКАСКУКАСКУКАСКУКАСКУКА

@темы: Шерлок bbc

Записки Шерлокрманки

главная